«Спотыкаясь, не падаю»: Чемпион СССР и тренер ОКЦ СВАО — о фехтовании, скорости мысли и творчестве в спорте
Воспитанники называют его «тренером с горящими глазами», а сам Вячеслав Николаевич признаётся: его главная мечта — чтобы в секцию приходили не только дети, но и взрослые. Мастер спорта по фехтованию, чемпион СССР и просто человек, который даже спотыкаясь не падает, а идёт дальше — о тактике боя, советской школе и о том, почему шпажист никогда не обыграет рапириста.
—Вячеслав Николаевич, ваша секция в ОКЦ СВАО пользуется популярностью у детей и подростков. Кто обычно к вам приходит и есть ли взрослые ученики? С какого возраста оптимально начинать?
— К нам приходят ребята с 8 до 16 лет. Я сам начал в 8 лет, со второго класса, и считаю это идеальным возрастом. Знаю, сейчас пытаются организовывать занятия даже в детских садах, но это совсем другая история: там нужны иные меры безопасности, другое оружие, другая экипировка. И главное — совсем иной уровень терпимости. Ведь когда ребёнок занимается в саду, это не его выбор, а выбор родителей. Что касается взрослых… Это моя мечта. Видите эти электрофиксаторы, проводные жилетки? Это профессиональное оборудование, которое одолжили мои знакомые тренеры, чтобы у ребят был современный уровень подготовки. Как только это появилось, у детей глаза загорелись! Ведь электроника позволяет фиксировать промежуток между ударами в 0,05 секунды — человеческий глаз такое просто не уловит. Фехтование — это спорт высоких технологий, и для взрослых, искушенных любителей, важна настоящая «игра» с электроникой. Для нас сегодня главное — дать детям качественную базу, а взрослое направление — это вопрос ближайшего будущего и новых технических возможностей.
— Чем конкретно занимаются ваши воспитанники на тренировках? Что считаете самым важным?
— Главное в фехтовании — личный опыт. Поэтому я обязательно фехтую с ребятами сам. Никакие теории не заменят практики. Первое, с чего начинаем, — боевая стойка. Она не изменилась со времён Петра Первого: правая нога носком вперёд, левая — под 90 градусов к правой стопе, каблук левой на одной линии с носком и каблуком правой. Ноги согнуты в коленях, корпус слегка развёрнут плечом к сопернику, расстояние от локтя до туловища — примерно с кулак. Дальше — чувство дистанции. Половина успеха в бою — это именно оно. Если оно появилось, ты уже будешь наносить уколы и уклоняться. И третье — тренировка работы обоих полушарий. Редко где встретишь спорт, где одна рука делает одно, а другая — совершенно другое. Плюс тактика, стратегия, постоянное наблюдение за соперником, его приёмами, стилем…
— Фехтование называют «шахматами в движении». Как вы учите детей тактическому мышлению, умению читать противника?
— Мольер точно подметил: фехтование — это искусство наносить удары, не получая их. Потому его и называют быстрыми шахматами — здесь важна скорость принятия решений. Мы изучаем атакующие элементы: выпады, уколы с места, флеш-атаки с ускорением. Но я убеждён: успех зависит не столько от таланта, сколько от постоянных тренировок и спаррингов. Только через бой приходит понимание.
— В современном фехтовании три вида оружия: рапира, шпага, сабля. На чём специализируетесь вы и почему?
— Я — рапирист. Все начинают с рапиры. Потом переходят на шпагу или саблю. Рапира —это основа, здесь учат стойке защиты и другим базовым навыкам. При этом многие считают рапиру самым сложным оружием. Площадь поражения — только торс, попадания в руки или ноги не засчитываются. Здесь человек с любыми данными при должной подготовке может сражаться на равных. Важнее скорость реакции, умение хитрить, просчитывать, анализировать. В рапире гораздо больше обманных движений. И судейство ведётся на основе приоритетов атаки и защиты — это отдельная шахматная партия. В нашей секции мы фехтуем на шпагах и рапирах.
— Ваш путь начался в советскую эпоху, с её мощнейшей школой. Что вас тогда привлекло?
— Меня привёл старший брат. У меня были неплохие данные для бега и прыжков, но брат — он, кстати, шпажист, недавно выиграл чемпионат мира среди ветеранов — привёл в зал. И, казалось бы, комплекция у меня под шпагу. А я стал рапиристом. Втянулся, стало получаться — понравилось. Наш спорт — это творчество. Ты придумываешь, как обхитрить соперника на дорожке, изобретаешь свой приём… Это приносит огромное удовольствие.
— Брат даёт вам советы?
— (Улыбается) Я мастером спорта стал в 17 лет, потом в армии выиграл чемпионат СССР. Чему брат меня научит?!
— Если говорить о личном: что дало вам фехтование помимо титулов?
— Сложно сказать — мы не знаем, что было бы, выбери я другой путь. Но скорость реакции фехтование развило однозначно. И в действии, и в мышлении. Знаете, я спотыкаясь не падаю — иду дальше, вперёд.
— Три совета родителям, которые хотят отдать ребёнка в фехтование.
— Первое: фехтование — это разностороннее развитие. Скорость реакции, умение анализировать на несколько шагов вперёд. И при этом бой, игра — это всегда увлекательно. Второе: это аристократический, очень красивый спорт. Да, экипировка стоит дорого, но мы, например, закупили шесть комплектов— ребята могут пользоваться. И третье: наш спорт для тех, кто выбрал, — это на всю жизнь.