Двукратная чемпионка мира по карибскому шоу, чемпионка России и обладательница Кубка мира по клубной латине, тренер ОКЦ СВАО Роза Седойкина — о борьбе с собой, радости преподавания и о том, как дети учат терпению.
– Что вы почувствовали, когда выиграли Кубок мира по клубной латине?
– Знаете, изначально задача была просто попасть в финал. Мой педагог сказал: «Помни, второго такого шанса может и не быть. Сделай так, чтобы это был твой самый счастливый день». Сказал и ушёл. А дальше началась борьба — и с соперниками, и с собственными эмоциями. На такие турниры приезжают блестяще подготовленные танцоры, но побеждает тот, кто лучше справляется с нервами.
Накал страстей максимальный. Суть наших танцев — передать телом музыку, те чувства, которые она рождает. Часто выходишь на паркет и не знаешь, что будут ставить. Звучит музыка — и начинается импровизация, которая отнимает колоссально много сил.
Поэтому на пьедестале чувствуешь прежде всего эмоциональную опустошённость. Поднимают флаг, играет гимн — наворачиваются слёзы. Но настоящее осознание победы приходит позже, через день-два. Тогда и накрывает счастье и гордость: понимаешь, что силы, время и здоровье потрачены не зря. Ты на той вершине, к которой шёл долгие годы.
– С чем был связан самый большой вызов на пути к этим титулам?
– Я убеждена: самое трудное везде — это борьба с собой. Верно сказал психолог Михаил Литвак: «Хочешь увидеть врага — посмотри в зеркало. Справься с ним, а остальные разбегутся». Вся жизнь — это череда взлётов и падений. Бывают травмы, усталость, ничего не получается. В такие моменты руки опускаются, хочется плакать. Но только победив себя, можно идти дальше. Для этого нужно уметь с собой разговаривать, объяснять, что травмы заживут, а чёрная полоса обязательно сменится белой.
– Как танцы изменили вашу личность? Чему они научили вас вне паркета?
– Я не помню себя без танцев и не представляю. Мама отдала меня в студию в четыре года, чтобы направить мою энергию в «мирное русло». Танцы сформировали мой характер: научили стойкости, самодисциплине, умению видеть цель и нести ответственность за свои решения, которые часто нужно принимать за доли секунды.
– Изменилась ли ваша главная цель теперь, когда вы из спортсменки стали наставницей?
– Честно? Танцевать легче, чем преподавать. Порой проще всё сделать самой, чем смотреть на соревнованиях, как танцуют «мои дети», и не иметь возможности им помочь.
Моя цель теперь — привить мысль, что танцевать нужно ради самого танца, ради удовольствия. Если ребёнок приходит только за результатом, то в момент спада он проигрывает и, как правило, бросает. А если он танцует для радости, то победы становятся приятным бонусом. Танец должен радовать, давать удовольствие и прибавлять здоровье!
– Чему вы учите в первую очередь — технике, артистизму или любви к танцу?
– Главное — привить любовь. Тогда появляется уверенность в себе, и всё начинает получаться. Без удовольствия тело просто не будет танцевать. Второе — это техника. Наш танец народный, в его основе — определённые традиции. К тому же правильная техника помогает избежать травм и даёт возможность развиваться. Без неё придётся потом переучиваться.
Если есть любовь и техника, артистизм придёт сам — появится свобода движений, собственный неповторимый стиль. Именно это в танце и ценится больше всего.
– Как вы мотивируете учеников, когда у них нет прогресса?
– Я всегда говорю: когда ты на пьедестале с медалью — ты крутой. Но как только спустился — тренируешься как все! У нас царит дисциплина, но мы же не в армии. Многие дети обращаются ко мне просто по имени.
Мы много общаемся, я прошу их говорить, если чувствуют, что нет прогресса, искать причину вместе. Иногда тело просто устало и нужно отдохнуть. А иногда проблема в другом: латина — танец про любовь, а ребёнок может быть ещё слишком мал, чтобы понять и показать это. Здесь очень помогают разговоры и объяснения.
– Что вы почувствовали, когда выиграли Кубок мира по клубной латине?
– Знаете, изначально задача была просто попасть в финал. Мой педагог сказал: «Помни, второго такого шанса может и не быть. Сделай так, чтобы это был твой самый счастливый день». Сказал и ушёл. А дальше началась борьба — и с соперниками, и с собственными эмоциями. На такие турниры приезжают блестяще подготовленные танцоры, но побеждает тот, кто лучше справляется с нервами.
Накал страстей максимальный. Суть наших танцев — передать телом музыку, те чувства, которые она рождает. Часто выходишь на паркет и не знаешь, что будут ставить. Звучит музыка — и начинается импровизация, которая отнимает колоссально много сил.
Поэтому на пьедестале чувствуешь прежде всего эмоциональную опустошённость. Поднимают флаг, играет гимн — наворачиваются слёзы. Но настоящее осознание победы приходит позже, через день-два. Тогда и накрывает счастье и гордость: понимаешь, что силы, время и здоровье потрачены не зря. Ты на той вершине, к которой шёл долгие годы.
– С чем был связан самый большой вызов на пути к этим титулам?
– Я убеждена: самое трудное везде — это борьба с собой. Верно сказал психолог Михаил Литвак: «Хочешь увидеть врага — посмотри в зеркало. Справься с ним, а остальные разбегутся». Вся жизнь — это череда взлётов и падений. Бывают травмы, усталость, ничего не получается. В такие моменты руки опускаются, хочется плакать. Но только победив себя, можно идти дальше. Для этого нужно уметь с собой разговаривать, объяснять, что травмы заживут, а чёрная полоса обязательно сменится белой.
– Как танцы изменили вашу личность? Чему они научили вас вне паркета?
– Я не помню себя без танцев и не представляю. Мама отдала меня в студию в четыре года, чтобы направить мою энергию в «мирное русло». Танцы сформировали мой характер: научили стойкости, самодисциплине, умению видеть цель и нести ответственность за свои решения, которые часто нужно принимать за доли секунды.
– Изменилась ли ваша главная цель теперь, когда вы из спортсменки стали наставницей?
– Честно? Танцевать легче, чем преподавать. Порой проще всё сделать самой, чем смотреть на соревнованиях, как танцуют «мои дети», и не иметь возможности им помочь.
Моя цель теперь — привить мысль, что танцевать нужно ради самого танца, ради удовольствия. Если ребёнок приходит только за результатом, то в момент спада он проигрывает и, как правило, бросает. А если он танцует для радости, то победы становятся приятным бонусом. Танец должен радовать, давать удовольствие и прибавлять здоровье!
– Чему вы учите в первую очередь — технике, артистизму или любви к танцу?
– Главное — привить любовь. Тогда появляется уверенность в себе, и всё начинает получаться. Без удовольствия тело просто не будет танцевать. Второе — это техника. Наш танец народный, в его основе — определённые традиции. К тому же правильная техника помогает избежать травм и даёт возможность развиваться. Без неё придётся потом переучиваться.
Если есть любовь и техника, артистизм придёт сам — появится свобода движений, собственный неповторимый стиль. Именно это в танце и ценится больше всего.
– Как вы мотивируете учеников, когда у них нет прогресса?
– Я всегда говорю: когда ты на пьедестале с медалью — ты крутой. Но как только спустился — тренируешься как все! У нас царит дисциплина, но мы же не в армии. Многие дети обращаются ко мне просто по имени.
Мы много общаемся, я прошу их говорить, если чувствуют, что нет прогресса, искать причину вместе. Иногда тело просто устало и нужно отдохнуть. А иногда проблема в другом: латина — танец про любовь, а ребёнок может быть ещё слишком мал, чтобы понять и показать это. Здесь очень помогают разговоры и объяснения.
– Чему вас научили ваши ученики?
– Во-первых, терпению. Казалось бы, спорт должен учить этому, но дети делают это быстрее и лучше. Я уже 15 лет работаю в «Олимпе», и каждый год с новичками мы разучиваем польку и вару-вару. Иногда кажется, что повторяешь одно и то же, как попугай. В такие моменты я просто глубоко вздыхаю и начинаю объяснять сначала.
Во-вторых, дети научили меня многозадачности. В секции много ребят, у каждого свои проблемы, и мой мозг научился с этим справляться. За что им огромное спасибо!
– Какая песня никогда не надоедает и всегда заставляет двигаться?
– Какого-то одного трека нет — всё зависит от настроения. Иногда нужно что-то боевое и активное, иногда — лиричное. А бывает, включаешь музыку, чтобы взбодриться и войти в рабочий ритм.
Главное — это внутреннее ощущение музыки, идущее от души. Так и в танце: если душа наполнена, всё получится. А если там пустота, то любая фальшь будет сразу видна. Одухотворённость не сыграть.
– Во-первых, терпению. Казалось бы, спорт должен учить этому, но дети делают это быстрее и лучше. Я уже 15 лет работаю в «Олимпе», и каждый год с новичками мы разучиваем польку и вару-вару. Иногда кажется, что повторяешь одно и то же, как попугай. В такие моменты я просто глубоко вздыхаю и начинаю объяснять сначала.
Во-вторых, дети научили меня многозадачности. В секции много ребят, у каждого свои проблемы, и мой мозг научился с этим справляться. За что им огромное спасибо!
– Какая песня никогда не надоедает и всегда заставляет двигаться?
– Какого-то одного трека нет — всё зависит от настроения. Иногда нужно что-то боевое и активное, иногда — лиричное. А бывает, включаешь музыку, чтобы взбодриться и войти в рабочий ритм.
Главное — это внутреннее ощущение музыки, идущее от души. Так и в танце: если душа наполнена, всё получится. А если там пустота, то любая фальшь будет сразу видна. Одухотворённость не сыграть.
